Люди гибнут за бойкот: Катар снова критикуют за подготовку к ЧМ-2022

До старта чемпионата мира по футболу в Катаре остается чуть больше полутора лет, и только сейчас в Европе поднялась по-настоящему громкая волна возмущения по поводу нарушений прав трудовых мигрантов, работающих там на строительных площадках. Национальные сборные надевают футболки с призывом обратить внимание на эту проблему, а в Норвегии и вовсе говорят о бойкоте. «С бойкотом мы опоздали на 10 лет», — говорит игрок сборной Германии Йозуа Кимих. «МК-Спорт» объясняет, почему это так.

Протест сборной Германии. Фото: ESPN

Катар получил право проведения чемпионата мира-2022 в 2010 году, и довольно быстро в прогрессивной Европе начали привлекать внимание к тому, что законы в странах Персидского залива очень жестки по отношению к трудовым мигрантам, а ведь именно им предстояло работать на строительстве стадионов и прочей инфраструктуры Кубка мира. Наибольшую активность в этом вопросе проявляли британские СМИ, ведь именно британцы хотели стать хозяевами мундиалей, уплывшими в руки России и Катара.

К нашей стране интерес был таким же повышенным, обвинений и призывов тоже звучало много, но чемпионат мира в России — это уже история, а к Катару сейчас приковано внимание всего мира.

Первые реформы

Одно из первых расследований условий труда рабочих в Катаре The Guardian провела в 2013 году. Тогда громко заговорили об ужасных условиях, в которых живут мигранты, о том, что им платят всего 40 фунтов (55 долларов) в неделю, хотя изначально было обещано намного больше, да и эти копейки задерживают по несколько месяцев, что отказывали в доступе к бесплатной питьевой воде в условиях жары, но главное, — у них забрали паспорта, и местное трудовое законодательство сделало из них практически рабов. «Летом 2013 года непальские рабочие умирали почти по одному в день, многие из них были молодыми людьми, перенесшими внезапные сердечные приступы», — пишет Guardian.

На тот момент в Катаре проживало более 1,9 миллиона рабочих-мигрантов — около 90% от общей численности населения страны. Большинство из них из стран Южной и Юго-Восточной Азии, включая Индию, Непал, Пакистан, Филиппины и Бангладеш.

Для них в стране действовала трудовая «система кафала» — это система контроля за трудовыми мигрантами в странах Персидского залива. Согласно закону, у всех низкоквалифицированных специалистов должен быть «спонсор», поручитель, который отвечает за визу и правовой статус. Чаще всего это работодатель, и именно от его разрешения зависело, может ли рабочий получить выездную визу.

Как недавно сказал президент ФИФА Джанни Инфантино, именно получение Катаром права проведения ЧМ привлекло внимание международных организаций в правам рабочих, и именно поэтому власти задумались о реформировании трудовой системы. В какой-то степени, это действительно так. В Россию, например, тоже регулярно наведывались проверяющие, и когда правозащитники из Human Rights Watch на основе опроса 42 рабочих опубликовала доклад о нарушениях прав строителей на спортивных объектах, ФИФА объяснила, что ежеквартально проверяла условия труда «в среднем 8984 работников», проведя за год 58 визитов. И число нарушений снизилось на 72% по сравнению с началом проверок.

Еще в 2016 году в Катаре объявили о реформах и официальном запрете на «систему кафала». В стране стала действовать новая контрактная система, которая закрепляла право сотрудников на смену работы и отменяла выездные визы. Работодатель все равно должен был давать разрешение на выезд работника из страны, но для урегулирования всех споров обещали создать специальную апелляционную комиссию. За конфискацию паспорта работника повысили штраф — до 25 тысяч риалов (чуть меньше 7 тысяч долларов). Правда реформа сохраняла систему для 5% рабочей силы каждой компании.

Люди гибнут за бойкот: Катар снова критикуют за подготовку к ЧМ-2022

Рабочие на стройке ЧМ-2022.

Гиблое место

Впрочем, за соблюдением прав человека продолжали следить, и очередной виток всеобщего внимания случился в 2017 году, когда британский рабочий Зак Кокс, трудившийся на немецкую компанию, возводившую крыши стадионов, сорвался с подвесной платформы и погиб.

Скандал был громким. Семья Кокса требовала объяснений, британская полиция тоже. В итоге, как цитировали в СМИ коронера Веронику Хэмилтон-Дили, выяснилось, что причина – небезопасные методы работы.

После сообщений о смертях еще нескольких непальских рабочий, власти Катара заявили, что приняли «корректирующие меры».

Все эти резонансные печальные новости сподвигли провести очередные глобальные исследования, и из доклада Международной конфедерации профсоюзов (ITUC) стало известно, что с 2010 года по март 2014 на стройках Катара погибло как минимум 1200 человек. И это огромная цифра. По тогдашним прогнозам ITUC, к 2022 году на стройках должно погибнуть 4000 человек, потому что все меры недостаточные, и условия труда не способствуют улучшению ситуации.

А вспыхнувшая пандемия коронавируса еще и усугубила ее. Полтора месяца назад в The Guardian было опубликовано очередное исследование, в котором говорилось, что за 10 лет в Катаре погибли 6,5 тысяч трудовых мигрантов. Эта публикация снова всколыхнула европейскую общественность и заставила даже футболистов говорить об этой проблеме.

Пандемия все испортила

Отчеты, датированные весной прошлого года. говорили о том, что трудовые лагеря превратились в настоящую тюрьму для рабочих, где в ужасающих для себя условиях (с общими туалетами и душевыми на несколько десятков человек, подчас без воды) вынуждены находиться и больные, и здоровые. Что большинство случаев заражения в Катаре — это трудовые мигранты. Что больных не выпускают даже купить себе еды под угрозой депортации (а многие из них не хотят быть депортированы и лишиться даже такой работы), а тех, у кого нет признаков болезни, заставляют трудиться без соблюдения каких-либо мер предосторожности, хотя они также боятся заболеть.

В своем заявлении Amnesty International призвала Катар обеспечить всем заразившимся оплачиваемый больничный. «Общеизвестно, что трудовые лагеря переполнены, в них не хватает воды и средств санитарии, а это означает, что рабочие неизбежно менее способны защитить себя от вируса, — сказал в своем заявлении заместитель директора Amnesty International Стив Кокберн.Правительство Катара должно обеспечить доступ к здравоохранению, включая профилактику и лечение всем пострадавших, без дискриминации».

Представители правительства официально пообещали «обеспечить благополучие и медицинские потребности жителей». Управление по связям с общественностью правительства Катара заявило, что тестирование на коронавирус является бесплатным для всех, и любой, у кого есть положительный результат теста, получает высококачественную помощь бесплатно.

Позже, летом 2020 года организаторы чемпионата мира снова подверглись критике за то, что, как снова выявило расследование Amnesty International, около 100 рабочих-мигрантов на одном из стадионов не получали зарплату в течение семи месяцев. Следующее исследование, проведенное Equidem Research and Consulting (исследования в области прав человека), продемонстрировало, что многие катарские компании не выплачивают зарплату низкооплачиваемым иностранным работникам после вспышки коронавируса. В результате чего рабочие оказались в нищете, а тысячи были уволены без предварительного уведомления или получили пониженную заработную плату: «87% нарушений прав мигрантов связаны с невыплатой или задержкой заработной платы, и это затронуло почти 12000 рабочих с 2016 года».

Возвращение к рабству?

Впрочем, несмотря на все доклады и исследования, правозащитные организации признавали, что реформы трудовой системы все же давали свои результаты. Ровно за два года до старта ЧМ Amnesty International опубликовала новый анализ прогресса в этом вопросе. «В последние годы Катар провел серию крупных реформ, в том числе внесение поправок в законы, предоставляющих работникам свободу передвижения, обещающих лучшую оплату и правосудие в случаях злоупотреблений. Но многие трудовые мигранты все еще не могут пользоваться этими изменениями, — сказал Стив Кокберн из Amnesty International. — Позитивные реформы слишком часто подрывались слабой их реализацией и нежеланием привлекать к ответственности недобросовестных работодателей. Работникам по-прежнему сложно подавать жалобы, не рискуя своим доходом и правовым статусом».

А в феврале этого года Совет шуры (законодательный орган Катара) издал серию рекомендаций, направленных, как считают в той же Amnesty, на то, чтобы лишить рабочих их вновь обретенных прав. Среди них лишение права менять работу во время действия контракта, ограничения на смену работы во время своего пребывания в Катаре до трех раз, ограничение числа работников компании, которые могут сменить работу, до 15%, если компания не договорилась об ином, увеличение доли рабочих, которым требуется разрешение на выезд из Катара, с 5% до 10%.

«Если эти рекомендации будут приняты, они возродят пресловутую «систему кафала» во всем ее уродстве», — говорится в публикации организации. Реформы, как считают правозащитники, не понравились некоторым предприятиям, посчитавших, что они лишили работодателей их прав.

Поэтому в марте, перед стартом квалификации ЧМ-2022, Amnesty International обратилась к ФИФА с призывом использовать свои рычаги воздействия на власти Катара и выполнить свои обязанности «по предотвращению, смягчению и устранению рисков для людей, работающих на объектах чемпионата мира».

Несколько офисов Amnesty International по всему миру также призвали футбольных болельщиков подписать петицию, обращенную к ФИФА. Эти заявления, а также публикация The Guardian о невозможно огромном числе погибших на строительных объектах в Катаре (6,5 тысяч) произвели впечатление на европейскую футбольную общественность, и послышались призывы к бойкоту чемпионата мира.

Призыв к бойкоту

Волна зародилась в Норвегии, где несколько футбольных клубов опубликовали совместное заявление с требованием к Норвежской футбольной ассоциации бойкотировать Кубок мира. Там ответили, что «если мы будем бойкотировать, мы потеряем 100 миллионов крон дохода, также нас могут исключить из будущих турниров ФИФА».

«При этом, мы никогда не поддерживали решение провести чемпионат мира в Катаре, — добавляет президент ассоциации Терье Свендсен. — Мы вместе с другими футбольными ассоциациями стран Северной Европы провели пропагандистскую работу против УЕФА, ФИФА и властей Катара. Amnesty International была нашим советником. Мы дважды посетили Катар и встречались с трудовыми мигрантами, а также с представителями властей и футбольной ассоциации этой страны. Норвежский бойкот предполагает, что мы не внесем значительного вклада в освещение условий в Катаре. Для нас также важно, что Amnesty придерживается того же мнения».

Но на общем собрании ассоциации 14 марта было принято решение отложить вынесение вердикта о возможном бойкоте до 20 июня, но если большинство голосов будет «за», то придется воплощать идею в жизнь.

В Голландии сказали, что «не будут бойкотировать турнир в соответствии с рекомендациями Amnesty, но воспользуются текущим вниманием к чемпионату мира и внесут свой вклад в усилия по улучшению положения рабочих-мигрантов в Катаре».

В самой Англии также выступили с заявлением, и федерация футбола заявила, что намерена участвовать в турнире «со всей социальной ответственностью» и что «еще многое предстоит сделать» в области прав человека в стране, хотя «мы считаем, что есть свидетельства некоторого прогресса, достигнутого Катаром».

Недавно президента ФИФА Джанни Инфантино спросили о гибели рабочих в Катаре. «Все это очень трагично, и мы это признаем, — сказал он. — Но бойкот — не выход. ФИФА всегда считала и считает, что взаимодействие и диалог — единственный и лучший способ добиться изменений».

Тем не менее, сборные Норвегии, Голландии, Дании и Германии вышли на матчи мартовской квалификации в футболках с надписями «Human Rights» («права человека»). И несмотря на то, что разного рода политические демонстрации запрещены регламентом ФИФА, организация объявила, что никаких дисциплинарных мер в отношении футболистов и сборных предприниматься не будет: «ФИФА верит в свободу слова и в силу футбола как силы добра».

«Мы опоздали с бойкотом чемпионата мира на 10 лет, — говорит защитник «Баварии» и сборной Германии Йозуа Киммих. — Место проведения турнира стало известно не в этом году, и о бойкоте надо было думать 10 лет назад. Теперь нужно воспользоваться возможностью и использовать платформы, чтобы повышать осведомленность о проблеме».

Если за 10 лет, несмотря на многочисленные отчеты, доклады, исследования, призывы и усилия проблема по-прежнему остается острой, то, вероятно, Киммих прав. За оставшиеся полтора с небольшим года она не решится, и никакие бойкоты не помогут. А как только чемпионат мира проведут, про Катар снова все забудут…

Источник: www.sportmk.ru

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *