Оперативник по делу «ангарского маньяка» назвал «цирком» новый приговор

Неожиданный скандал может разгореться вокруг нового (третьего по счету) приговора «ангарскому маньяку» Михаилу Попкову. Один из оперативников, поймавших серийного убийцу, поставил под сомнение два уголовных дела, по которым душегуб получил свой очередной срок. Артём Дубынин рассказал нам детали этих двух новых эпизодов (всего на счету «ангарского маньяка» до этого момента было около 80 эпизодов, — Авт.). По мнению бывшего опера, новость о том, что раскрыто два убийства давно минувших дней — ни что иное, как пиар и уловка преступника, пожелавшего вырваться ненадолго из колонии для пожизненно осужденных.

Михаил Попков.

Напомним, женоненавистник Михаил Попков был пойман сотрудниками уголовного розыска в 2012 году в поезде на Владивосток. Его подозревали в серии преступлений: убийства, изнасилования и другие.

Эксперты признали его вменяемым и через некоторое время он стал сотрудничать с правоохранительными органами — давать признательные показания.

Первый пожизненный срок «ангарский маньяк» получил в январе 2015 года за убийства 22 местных жительниц. Второе аналогичное наказание душегубу было назначено по приговору суда в декабре 2018 года ещё за 56 убийств. Но недавно убийца сознался ещё в двух расправах над женщинами, которые совершил в период с 1995 по 1998 год в Ангарске. Явки с повинной стали «путевками» для преступника в Иркутскую область, где проходило расследование.  

Как сообщили 4 июня, в пресс-службе Ангарского городского суда, бывший милиционер (некогда Попков работал помощником дежурного в местном отделе, на момент совершения преступлений был сотрудником, — Авт.), признавший вину ещё в двух убийствах в закрытом судебном заседании был приговорён к 9 годам и 8 месяцам лишения свободы. По совокупности преступлений ему окончательно назначили пожизненное лишение свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима.  

Нам удалось связаться с одним из бывших оперативников, поймавших Михаила Попкова, Артёмом Дубыниным и расспросить его о «новых» делах маньяка.

– У вас есть представление о делах, в которых сознался Попков?

– Как я понимаю, речь идет об исчезновении Натальи Зверевой и ещё одном, вероятно совершенно фантомном эпизоде, выдуманном преступником.

– Можно подробнее, пожалуйста…

– Где-то в 1995-1996 годах без вести пропала молодая замужняя женщина Наталья Зверева. Накануне у неё случилась ссора с супругом и главным подозреваемым был её благоверный. Но это ничем не подтвердилось. Некоторое время она значилась, как пропавшая без вести, но после жалобы родственников в прокуратуру дело всё-таки возбудили. И на это были все основания. Дело в том, что после исчезновения в почтовом ящике семьи Натальи была найдена записка. Содержание послания было примерно такое: «Мы знаем, где ваша дочь. Принесите такую-то сумму на такой-то рынок. И без милиции». Родня пропавшей и обращалась в милицию, и относили деньги на рынок, но всё было тщетно. Надежда на раскрытие тайны исчезновения появилась когда мы схватили Попкова. Но, на тот момент, нам не удалось доказать его причастность к преступлению в отношении Зверевой.

– Какой был порядок работы с маньяком?

– Ему давался лист и он писал обстоятельные признания: время года, дата, место, способ совершения преступления, место, где труп. Так, по каждому эпизоду.  

– И вы считаете, что он дал исчерпывающие признания и сознался во всех своих преступлениях?

– Совершенно верно, не было у него мотива тогда что-то не рассказывать. Он признавался во всем, в том числе и в аналогичных преступлениях, где убитая им женщина числилась пропавшей без вести. Один такой эпизод был точно. Тело женщины на кладбище около могилы было найдено только после того, как Попков ткнул пальцем в схему. Других доказательств кроме его слов и, соответственно, позднее найденных останков, у нас не было.  

– Получается, что на момент поимки маньяка прошло около 17 лет с даты пропажи Натальи Зверевой. Он мог утаить или не вспомнить об этом эпизоде.

– Мы же вспомнили. Когда охотились на Попкова мы подняли все преступления в регионе, все случаи с исчезновением женщин и все архивы, в том числе данные из моргов. Зверева жила в 51-м квартале, где жил маньяк. Попков автоматически стал подозреваемым, и, не получив от него признаний, мы сами попытались изобличить его. Так, текст из записки, присланной родственникам Натальи, эксперты сравнивали с почерком Попкова. Специалисты заключили, что это написал не он. Самого маньяка допрашивали по этому делу с использованием полиграфа. Кроме стандартных вопросов про само преступление, задавались вопросы и о записке — писал ли он сам или кто-то из его знакомых, и вообще хотел ли он получить какие-то деньги от семьи Зверевой. Исследование показало, что Попков не имел к этому отношения. Не было никаких доказательств того, что он как-то причастен к исчезновению Натальи.

– То есть вы считаете, что «ангарский маньяк» написал явку чтобы обеспечить себе «отпуск»?

– Да.

– Он же должен был назвать следователям какие-то детали, обстоятельства. Как Попков мог это сделать, ничего не зная об этом?

– Во-первых, фабулу и обстоятельства дела он знал от нас и запросто мог запомнить. Во-вторых, он был знаком с отцом Зверевой, тот обращался к нему за помощью в поисках дочери.

– Судебное заседание было закрытым. Вам известны какие-то подробности процесса? Какие доказательства вины были представлены Фемиде?

– Как я понял, никаких. У них нет ни тела, ни чего-либо указывающего на причастность Попкова к убийству, кроме его слов. Получается, что так может сделать любой, зная фабулу дела, даже по заметкам криминальной хроники. Но этот эпизод ещё полбеды.

– Что вам известно про второй? Кто там жертва?

– По моей информации, в деле жертва не установлена. Не найдено и тело, якобы маньяк сбросил его с обрыва в реку. Как вообще в таком виде дело было направлено в суд, мне не понятно, ведь кроме слов Попкова у следствия, по-моему, нет объективных доказательств.      

Источник: www.mk.ru

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *