В России заговорили о переделе медового рынка после введения новых ветправил

Если на заре ХХ века объединялись пролетарии всех стран, то сегодня дело дошло до российских пчеловодов. В ответ на новые ветеринарные правила содержания пчел они создают свой союз – чтобы отстаивать права медоносок.

Официально в минувшем году в России было произведено около 64 тысяч тонн меда. И больше 93 % из этого объема в свой актив записали индивидуальные пасечники, владельцы личных подсобных хозяйств.

В общем, не будет пасечников – не будет в стране и натурального меда. Есть в России (около 7 %) и промышленное пчеловодство.

Ну так вот, с введением нового свода ветеринарных правил, ситуация может перемениться с точностью до наоборот. 93 % займут «промышленники», а 7 % останется частникам.

Что смущает индивидуальных пасечников, почему они решили объединиться в союз?

В частности, в новых правилах игры записано, что пасеки должны отстоять друг от друга на расстоянии не менее 3 километров. Еще там сказано, что если в радиусе 5 км есть человек, у которого аллергия на пчел, пасеку придется закрыть окончательно и бесповоротно.

Смущает частников и тот факт, что установлены жесткие требования по удаленности ульев от других помещений, в которых содержатся домашние животные. 300 метров, не меньше.

Требования эти вызывают тревогу и в Институте пчеловодства.

— К нам обращаются опытные пасечники, занимающиеся медом по 30 и более лет,- сообщили нам.- У некоторых по 100, даже по 200 ульев. Спрашивают: что им теперь делать, куда пристраивать насекомых?

— Такие ограничения могут существенно навредить нашей отрасли, — рассказывают во вновь образовавшемся союзе. — Какие три километра между пасеками? В России есть регионы, где производство меда является основой сельского хозяйства. Например, в Башкирии практически на каждом подворье стоят ульи, а деревни сами малюсенькие. Чтобы вписаться в новый регламент, десять пасек в населенном пункте  придется закрыть, чтобы оставить одну…

Не понимают фермеры и запрет на размещение ульев вблизи болот. Как правило, именно в этих местах находится самый насыщенный для пчел корм.

На развитии отрасли негативно скажутся ограничения по расстоянию в 300 метров от соседских хозяйских построек с коровами или, допустим, свиньями. В деревнях многие жители держат на подворье скотину, а огороды часто примыкают друг к другу почти вплотную. Тут выбора нет никакого. То ли просить соседа не держать свою животину, то ли самому отказываться от пасеки…

В общем, жили, добывали мед по старым ветеринарным правилам – и никаких  таких проблем не возникало. Никто не умирал, а в стране был натуральный мед. Теперь фермеры опасаются, что чиновники из Россельхознадзора или других ведомств пойдут по дворам с рулеткой, замерять расстояние и выдавать направо и налево свои предписания.

Ведь частника может обидеть каждый.

Например, в последние годы пчелы погибают целыми семьями в результате химической обработки посевов. Без гербицидов и пестицидов по нынешним временам хороший урожай не получишь. Особенно востребован сегодня рапс, на него высокий спрос, даже мелкие производители экспортируют в другие страны. 

Минсельхоз настоятельно рекомендует растениеводам и пчеловодам примириться, не обвинять друг друга. Ну, хотя бы, заранее предупреждать о химической обработке полей. Чтобы пчелы в тот день не летали или чтобы ульи перевозили в другое место.

«Но куда их перевезешь, если все в округе засеяно рапсом?!»

Словом, вполне понятно, что толкает российских пчеловодов к интеграции – борьба за выживание. Минсельхоз в этом плане им не защитник. Ведомство заинтересовано в экспортной выручке своего урожая. И в стимулировании крупных пчеловодческих корпораций, с которыми легче договориться.

— Пчеловоды – люди достаточно консервативные, не склонные ни к какой кооперации,- поясняет кандидат экономических наук, ведущий программы «Сельский час» Игорь Абакумов.- Однако новые ветеринарные правила привели к тому, что по всей стране прокатились собрания, создан союз пчеловодов.

— Что такое промышленное пчеловодство? У нас же нет специальных колхозов?

— В этой отрасли действуют четко выраженные течения. Кроме индивидуальных пасечников, есть промышленные, у которых больше 500 ульев. В отличие от индивидуальных, они платят государству налоги. Еще есть хозяйства, которые не дают пчелам летать, кормят их в ангарах сахаром. Сахар, пропущенный через пчелу, пахнет медом, но там нет питательных веществ, на которые рассчитывают покупатели.

Это халтурщики. Но в законе не указано, как мед произведен пчелой. Тот, что из сахара, формально тоже считается медом. Хотя сахар стоит 45 рублей килограмм, а мед – 500. Представляешь, какая прибыль?

Лоббизм на рынке очень сильный.

Мед – самый легко подделываемый продукт, в Минсельхозе не хватает ресурсов, чтобы раз и навсегда разобраться в ситуации и вытеснить с прилавков халтуру и фальсификат.

Источник: www.mk.ru

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *